13.3.13

Кому нужно ломать приложения для мобильного банкинга? Никому!

Не смог не запостить еще и сюда ;-) Идет в LinkedIn дискуссия. Одна из многих. Местами жаркая. Обсуждаем, как водится, технический подход к ИБ и бизнес-подход. Доходит дело до отчета Digital Security о безопасности приложений для мобильного банкинга. И Илья Медведовский делает такое заявление: "Что касается мобилок, то в самих мобильных банкингах масса проблем и их актуальность на практике мне очевидна. Сидя в чужой WiFi сети, делаешь перевод Васе, а деньги уходят Пети и всего делов - и никакой конопли не нужно :). И никакого тут FUDа впомине нет. Потому что мобильный банкинг набирает ход по полной и при этом пока абсолютно дырявый на практике. И надо помочь обратить на это внимание."

К технической стороне отчета у меня претензий нет; да и не может быть - я же бумажный безопасник. Но в дискуссии мы дисскутируем на тему, насколько бизнесу важны технические вопросы, уязвимости, демонстрации взломов и т.д. Я считаю, что в массе своей нафиг не нужны, а уж в отношении приложений для мобильного банкинга тем более. И поскольку мой тезис надо как-то обосновать, пришлось потратить 15 минут на подготовку аргументированного ответа. Не хочется его терять - поэтому и копирую сюда (чуть причесав).

Итак. Возможность сделать что-то, еще не означает, что это будут делать. Это проблема всех исследователей дыр. Наличие дыры не означает ее использование на практике. В ряде случаев ее вообще можно не закрывать, т.к. этот риск можно либо принять (технарям это бывает сложно понять), либо переложить на чужие плечи, например, застраховав. А может быть и такая ситуация, что хакерам вообще наплевать на найденную кем-то дыру. И происходить это может по разным причинам. Нафиг не надо, есть варианты проще, есть варианты выгоднее...

В случае с мобильными клиентами ДБО применимы все три случая. Попробую это показать в цифрах. Во-первых, надо развенчать мнение, что мобильный банкинг - это наше все и у него большое будущее. Как показало исследование рынка ДБО, проведенное AnalyticResearchGroup, мобильный банкинг в России встречается крайне редко. И то преимущественно в крупных городах. В регионах, по мнению специалистов АnalyticResearchGroup, даже кризис не подтолкнул жителей небольших городов к использованию дистанционных банковских услуг; обычных, не говоря уже о мобильных. При этом три четверти россиян не только не пользуются мобильным и интернет-банкингом, но даже не знают о существовании таких услуг. Об этом свидетельствуют результаты опроса, проведенного Фондом «Общественное мнение» (ФОМ). Постоянными пользователями услуг мобильного банкинга является всего 3% россиян. Но это же может быть именно те 3%, которым принадлежат все богатства страны?! Может. Поэтому посмотрим на распространенность мобильного банкинга применительно к объемам денежных средств, которые там циркулируют.

Работающие на российском рынке кредитные организации ориентированы, в большей степени, на корпоративный рынок. Только 30,4% из них используют системы дистанционного обслуживания физических лиц. Системы типа мобильный банк установлены только в 6,8% банков. Почему? Потому, что деньги в мобильном банкинге смешные. Всего 8.1 млрд. рублей в 2012-м году по данным J’son & Partners Consulting. Это все деньги. Из них доля денежных переводов составляет всего 30%. Т.е. на денежные переводы, о перехвате и подмене которых указывается в отчете, как основной угрозе, приходится всего 2.7 млрд.рублей. К слову, объем рынка электронных платежных систем в России в 2012-м году по оценкам J’son & Partners Consulting составляет 1811 млрд.рублей. Т.е. мобильные переводы денежных средств - это всего 0.14%. Ну если взять все платежи через мобильный банкинг (т.е. + оплата услуг и товаров), то получится около 0.45%. Это в рамках статистической погрешности ;-) И не надо забывать, что электронные платежные системы - это тоже копейки в общем объеме денежных переводов.

Я не смог быстро найти в открытом доступе объем банковских платежей, совершенных юридическими лицами с использованием платежных поручений, переданных в банк электронным способом, за 2012-й год. Нашел только за 1-е полугодие 2010 года. Это значение превысило 101 трлн руб. (из них 51 трлн руб. - платежи со счетов, обслуживаемых через системы интернет-банкинга). Я не буду прикидывать, сколько этот объем составлял в 2012-м году. Допустим столько же (хотя по всем оценкам он должен быть больше). Но сделаем допущение, что столько же, т.е. 200 триллионов рублей в год. А дальше посмотрим, какова доля мобильного банкинга на фоне переводов денежных средств юрлицами через системы ДБО. 0.0013%!

Доля мобильного банкинга (а им пользуются только физики) в объеме рынка ДБО для юриков - 0.0013%! И после этого кто-то будет рассказывать о значительной угрозе мобильных приложений? Какой смысл ломать физика через мобильный телефон, когда ломая юрика можно получить на порядок-другой больше денег? Я не понимаю. Только гики будут ломать таким образом физиков со смартфонами, гоняясь за их копейками. "Нормальная" киберпреступность, входящая в состав оргпреступности, будут работать по-крупному - т.е. на рынке ДБО для юридических лиц. И эта тенденция еще долго не будет переломлена.

Т.е. число мобильных платежей будет очевидно расти. И расти оно может быть даже быстрее, чем объемы средств, переводимых через ДБО для юриков. Но беря соотношение денег в обоих сегментах злоумышленнику по всем законам выгоднее ломать юридических лиц. Тем более, что если примут 9-ю статью ФЗ-161 в нынешней редакции и внесут поправки в ГК РФ, то мошенникам даже ломать ничего не надо - достаточно просто заявить в банк, что платеж проведен не по распоряжению клиента и банк должен будет вернуть деньги. И зачем при таком "узаконенном мошенничестве" заниматься поиском дыр и их использованием, получая дополнительные риски по ст.272 УК РФ? Никакого резона.

Вот и получается, что не умаляя технических достоинств отчета Digital Security, даже с точки зрения злоумышленников ломать приложения мобильного банкинга смысла нет. Разумеется в массовом порядке (если взломать конкретного человека, то ему будет очень неприятно). А если это угроза незначительная, то зачем вкладываться в ее нейтрализацию? Этого не будет делать разработчик ДБО (если ему на навяжут эти требования), этого не будет делать банк-покупатель таких решений (бизнес там копеечный и запускается, как правило, ради имиджа, а не заработка).

Резюмируя: с точки зрения технической тема интересная и с ней можно попробовать даже выступить на каком-нибудь Blackhat. С точки зрения бизнеса тема не стоит и выеденного яйца и в ближайшие годы ситуация не изменится. В этом и есть разница в подходах к ИБ с точки зрения технического и бизнес-взглядов.

12.3.13

Америка не готова к кибервойне

Именно такой вывод делают американские эксперты, в течение 18 месяцев изучившие возможности американского МинОбороны в части возможностей противодействия киберугрозам. Но обо всем по порядку.

В январе был опубликован частично рассекреченный отчет "Resilient Military Systems and the Advanced Cyber Threat" (скачать), в котором группа экспертов, проводившая исследование американских способности по отражению кибератак, сделала вывод, что несмотря на все усилия спецслужб США, гарантировать удачное отражение атак со стороны потенциального противника (а мы помним, что под ним американцы считают Китай и Россию, причем Россия вызывает у них даже большие опасения, чем Китай) невозможно и в стратегию кибербезопасности необходимо обязательно включать элементы устрашения и возможность применения традиционных вооружений (атомные бомбардировщики и подводные лодки) в ответ на киберагрессию.

Основное "обвинение" со стороны экспертов в адрес американского киберкоммандования предсказуемо и заключается в фрагментации усилий и ресурсов, направленных на защиту американских военных информационных систем в рамках информационного противоборства. Эксперты делают даже более громкие заявления, что Америка не готова бороться с киберугрозами (что уж тогда говорить про Россию). Вторая претензия, указанная в отчете, ориентация действующих документов на атаки верхнего, стратегического уровня (закладки в аппаратуре и скоординированные атаки вроде Red October) и полная забывчивость в отношении атак нижнего уровня и APT. Третья претензия заключается в построении военных информационных систем на базе незащищенных архитектур с применением непроверенных компонентов иностранного происхождения. Четвертая проблема связана с отсутствием адекватной стратегии американской разведки, направленной на сбор информации об источниках угрозы, существенно меньшей, чем отдельное государство. Речь идет об отдельных хакерах и группировках, о которых американские спецслужбы просто не знают, т.к. всю жизнь боролись с государственными противниками.

В результате любая успешная стратегия кибербезопасности и информационного противоборства должна включать в себя элементы традиционного сдерживания, включая и применение ядерного потенциала. Кстати, насчет ядерного потенциала... Эксперты в отчете рекомендуют регулярно проводить анализ защищенности ядерных объектов с точки зрения информационной безопасности, не доверяя только традиционным методам физической защиты и контртеррористической защищенности.В качестве рекомендации по защите от атак нижнего уровня отчет содержит совет концентрироваться не столько на безопасности систем, сколько на их устойчивости. При этом речь идет об отдельном стандарте обеспечения устойчивости, который должен поддерживаться военными информационными системами.

По крупному, отчет содержит 7 рекомендаций с указанием примерных сроков их реализации и стоимостными оценками. И каждая из 7 рекомендаций подробно рассмотрена и описана в 150-тистраничном



ЗЫ. Кстати, идея отвечать на кибероружение традиционными вооружениями не нова - США ее уже пытались продвигать в ООН пару лет назад.

ЗЗЫ. А пока суть да дело, Северная Корея отказалась от выполнения всех ранее подписанных с Южной Кореей соглашений о взаимном ненападении.

11.3.13

Обновление программы курса по защите информации в НПС

Обновил программу курса по НПС. В текущей версии 1.7 добавлены следующие темы:
  • Новая форма отчетности 0409258 «Сведения о несанкционированных операциях, совершенных с использованием платежных карт» и порядок составления и представления отчетности по форме 0409258
  • Новости регулирования от ГУБЗИ и ДРР (по итогам Магнитогорского форума)
  • Уточненные планы развития СТО БР ИББС на 2013 год
  • Краткие результаты по собранной 203-й отчетности
  • Письмо №34-Т по безопасности банкоматов
  • Письмо №172-Т о рекомендациях по вопросам применения статьи 9 ФЗ-161
  • Новости регулирования про ст.9 ФЗ-161
  • Оценка соответствия АБС по требованиям ИБ
  • Мнение ЦБ об электронных денежных средствах.

Очередные размышления о лицензировании деятельности по ТЗКИ

Перечитывая в очередной раз ПП-1119 наткнулся на один абзац, который заставил меня в очередной раз задуматься о лицензировании деятельности по ТЗКИ. Хотя, казалось бы, после опубликования в прошлом году позиции ФСТЭК ситуация стала предельно понятной - лицензия на ТЗКИ нужна только в трех случаях:
  • организация извлекает прибыль из деятельности по ТЗКИ
  • деятельность по ТЗКИ прописана в уставных документах организации (в первую очередь, для некоммерческих)
  • защита конфиденциальной информации в явной форме поручена ее обладателем организации (именно ТЗКИ, а не обработка информации, которая должна защищаться по действующему законодательству).
Из этой триады можно сделать простой вывод - большинству операторов ПДн не требуется получать лицензию ФСТЭК на ТЗКИ. А вот что у нас с обработчиками? По идее ситуация ни чем не отличается. Но только на первой взгляд.

Если посмотреть на часть 3 статьи 6 ФЗ-152, то в ней содержится норма включать в поручение оператора требование обеспечивать безопасность персональных данных при их обработке, а также указать требования к защите обрабатываемых персональных данных в соответствии со статьей 19 ФЗ-152. В п.3 требований ПП-1119 также говорится, что "договор между оператором и уполномоченным лицом должен предусматривать обязанность уполномоченного лица обеспечить безопасность персональных данных при их обработке в информационной системе".

И вот тут возникает вопрос. Если по договору оператор в явной форме поручает обработчику защищать персональные данные, т.е. конфиденциальную информацию, то не значит ли это, что обработчикам (курьерским службам, кейтеринговым компаниям, операторам связи, логистическим компаниям, call-центрам, туристическим компаниям и т.д.) потребуется лицензия ФСТЭК на деятельность по ТЗКИ?

Должно ли оператора волновать отсутствие у обработчика лицензии ФСТЭК? По идее нет. Но вспомните мой пост о том, что налоговая имеет основания признать сделку между заказчиком и поставщиком услуг по защите недействительной, базируя свое решение на ст.173 ГК РФ.

Картина вновь становится запутанной...

7.3.13

О дуализме Центробанка в контексте банковской ИБ

Пока ехал вчера в метро с курсов по НПС, думал о дуализме роли Банка России в области информационной безопасности банковской среды. С одной стороны ЦБ нередко закручивает гайки в части установления требований по ИБ. "Хорошим" примером этого является п.2.13.1 положения 382-П Банка России, согласно которому кредитная организация обязана ежемесячно направлять оператору платежной системы информацию об инцидентах ИБ. Ну должна и должна, в чем проблема-то? А в том, что кредитная организация должна слать такие отчеты ежемесячному КАЖДОМУ оператору платежной системы, членом которой он является. Хочет, например, банк предоставить своим клиентам возможность переводить деньга через CONTACT, MIGOM, ЮНИСТРИМ, Анелик, WebMoney, Western Union, Яндекс.Деньги, пожалуйста. Только вот и об инцидентах надо будет сообщать оператору каждой из этих платежных систем. Ежемесячно ;-( Не очень-то удобно. Особенно в условиях нехватки персонала. Получается, что все усилия и так немногочисленных сотрудников службы ИБ будут сосредоточены на подготовке и отправке ежемесячной отчетности, а не на обеспечении реальной безопасности банковских систем. Но это одна сторона медали. Есть и другая.

На что часто жалуются банковские службы ИБ (да и не только они)? На нехватку ресурсов на обеспечение ИБ. А почему их не хватает? Не дают. А почему не дают? Потому что безопасники не могут показать деньги. Я про это аккурат в понедельник писал. Отдельные Ибоши (это в FB термин такой случайно родился ;-) твердили, что я теоретик и не понимаю реалий, что оценить ущерб в деньгах невозможно и что этого никто не делает, и т.д. И вот появляется новая форма отчетности 0409258 об инцидентах с платежными картами, где в явной форме надо ежемесячно указывать количество и сумму несанкционированных операций по картам; причем по разным срезам. По 203-й форме ЦБ также планирует, о чем говорилось в Магнитогорске, ввести графу по похищенным или намеченных к хищению денежных средств.

Что нам дают эти нововведения? То, чего так ждут службы ИБ, до конца и не подозревая об этом. Показ денег! Вот он ущерб от деятельности мошенников, хакеров и иных протиправных личностей! Причем по разным срезам и помесячно. И тут же информация по инцидентам, которая так нужна для оценки вероятности нанесения ущерба. Опять же вероятность для каждого инцидента своя с распределением по времени года. И ведь все эти данные не притянутые за уши, и не взятые с потолка, и никто их не копипастил из статистических отчетов консультантов. Реальные цифры по конкретному банку. Одним выстрелом сразу двух зайцев.

Вот и получается, что с одной стороны ЦБ навязывает новые формы отчетности, сильно бюрократизируя ИБ, а с другой это позволяет сделать то, что так нужно банковским безопасникам. Нужно, конечно, не только им, но в других отраслях нет такого регулятора ;-) Дуализм, однако. И не знаешь, хорошо это или плохо... Каждый выбирает для себя.

6.3.13

Банк России обратил пристальное внимание на безопасность платежных карт

Про перевод стандарта PCI DSS под эгидой Банка России я уже писал (перевод осуществляется АБИСС). Это важная новость, последствия которой российским банкам еще предстоит познать.

Но Банк России не стоит на месте и в конце прошлого года выпускает новое Указание 2926-У от 03.12.2013 «О внесении изменений в Указание Банка России от 12 ноября 2009 года № 2332-У «О перечне, формах и порядке составления и представления форм отчетности кредитных организаций в Центральный банк Российской Федерации» которым вводит новые формы отчетности. Среди них и форма отчетности 0409258 «Сведения о несанкционированных операциях, совершенных с использованием платежных карт» и порядок составления и представления отчетности по форме 0409258.

Согласно этой новой отчетности банковские и небанковские кредитные организации обязаны будут с различной периодичностью сообщать о несанкционированных операциях, совершенных на территории и за пределами территории РФ с использованием платежных карт, эмитированных кредитной организацией, а также о несанкционированных операциях, совершенные на территории РФ с использованием платежных карт, эмитированных за пределами территории РФ.

При этом Банк России интересуют все инциденты с платежными картами - совершенные в организациях торговли (по сути магазинах и ресторанах), в пунктах выдачи наличных, в банкоматах и платежных терминалах, а также посредством Интернет и абонентских устройств мобильной связи.

Спустя квартал, 1-го марта Банк России выпускает письмо №34-Т "О рекомендациях по повышению уровня безопасности банкоматов и платежных терминалов", содержащее рекомендации по информационной и, в меньшей степени, физической безопасности банкоматов и платежных терминалов, которые являются одними из самых распространенных устройств, через которые "проходят" платежные карты. В 3-хстраничном письме, в частности, говорится о том, что должны быть реализованы следующие защитные меры:
  • Классификация мест установки по степени риска, в т.ч. и подвергнуться воздействию вредоносного кода, а также совершения несанкционированных операций
  • Пересмотр классификации по мере развития технологий атак
  • Оснащение специальным ПО для выявления и предотвращения атак
  • Регулярный контроль действия обслуживающих организаций
  • Использование систем удаленного мониторинга состояния банкомата или терминала
  • 2 видеокамеры и хранение видеозаписей не менее 60 дней
  • Наличие антискиммингового оборудования
  • Обнаружение, фиксация атак и их попыток и информирование о них заинтересованных участников рынка розничных платежных услуг и Банка России
  • Анализ и выявление уязвимостей после атак или попыток их совершения
  • Совершенствование системы защиты
  • Обмен информацией с другими кредитными организациями
  • Размещение на устройстве рекомендаций по защите PIN
  • + требования по физической безопасности банкоматов и платежных терминалов.
Все? Нет, не все. Как говорилось в Магнитогорске,  сейчас готовится новая редакция указания 2831-У по отчетности по вопросам защиты информации при осуществлении переводов денежных средств и в ней немало внимания будет уделено защите банкоматов и платежных терминалов с подробной детализацией места и условий возникновения инцидента. Эта отчетность дополнит сведения, предусмотренные упомянутой выше формой 0409258.

ЗЫ. Так что банкам стоит уже сейчас готовиться к усилению внимания со стороны отраслевого регулятора, который обратил внимание и на платежные карты, соответствующие электронные средства платежа и устройства, использующие платежные карты и ЭСП, с ними связанные.

5.3.13

Об анализе качества кода системно и архитектурно

К теме анализа качества кода я уже обращался неоднократно и буду и дальше эту тему поднимать. Но все это эпизодические вкрапления, несвязанные в единое целое. Как должен выглядеть процесс создания качественного кода у разработчика или у потребителя, имеющего собственное подразделение по разработке? Картинка достаточно "проста" ;-)

Она отражает все необходимые аспекты, которые надо учитывать при разработке качественного, надежного и безопасного кода. Тут и вопросы архитектуры и дизайна (включая и инструменты по моделированию атак), и требования к разработке (включая шаблоны /паттерны/ атак и уязвимостей), и требования к написанию кода, и вопросы управления проектом по созданию ПО, и вопросы приобретения стороннего ПО, проведения обучения персонала, создания бизнес-кейсов, и вопросы тестирования и анализа кода (включая столь любимые многими пентесты). Учтено все ;-)

В оригинале эта картинка является интерактивной - каждый ее элемент является ссылкой на подробное и детальное описание, содержащее лучшие практики, полезные сведения или инструменты, решающие ту или иную задачу в части повышения качества ПО. Оригинал расположен на одном из лучших сайтов по данной тематике - "Build Security In", запущенном и поддерживаемом Министерством национальной безопасности США (DHS). Там есть все - статьи, инструментарий, курсы, книги, ссылки, рекомендации и т.д. Является хорошей отправной точкой для погружения в тему повышения качества ПО с точки зрения ИБ.

Но это, разумеется, не все ресурсы, которые могут помочь в освоении описываемой темы. Еще одной классикой является сайт института Карнеги-Меллона, который одним из первых обратился к этой теме в контексте ИБ (аккурат в 1988-м году после эпидемии червя Морриса). Сегодня этот сайт содержит немалое количество полезных ресурсов по теме - подкасты, видео, тренинги, книги и т.д.

Еще одним ресурсом послужит Software Assurance Marketplace (SWAMP) - ресурс, помогающий разработчикам open source понять как правильно разрабатывать и, самое важное, тестировать свои приложения; особенно критические. SWAMP является хорошим примером государственно-частного партнерства, которого так не хватает в России. Может быть Digital Security, которая так часто заявляет о своей лидирующей и пионерской роли в части анализа качества ПО, перестать флеймить и возглавит такую публичную инициативу, создав схожий ресурс (но на русском языке)? Это поможет всем, а заодно и покажет, что Digital Security может не только болтать, пытаясь ужаться в 140 символов твита, но и реально что-то делает на благо России, о которой так пафосно говорит ее генеральный директор? Больших усилий по созданию первой версии такого ресурса (как аггрегатора ссылок и "советов бывалых") там не потребуется.

Наконец, последним интересным ресурсом по теме анализа качества ПО является специализированный портал МинОбороны США - Cyber Security and Information Systems Information Analysis Center. Сразу предупрежу, что на нем не так много открытой информации - много чего доступно только для представителей государственных и военных структур США. Но и того, что выложено в открытый доступ достаточно для понимания тех усилий, которые МинОбороны США прикладывают для решения поставленной задачи. Особенно мне нравится их картинка, отражающая структуру нормативных актов, связанных с ИБ и качеством ПО.


Всего 4 ресурса! Но какая кладезь полезной информации скрыта на них...

4.3.13

Писателям сплойтов посвящается...

В последнее время очень много говорится об ответственности бизнеса за надежность своей ИТ-инфраструктуры и ее безопасность. Мол, найдена уязвимость на сайте, надо срочно устранять, а то ай-яй-яй, какие последствия наступят! КАКИЕ? Это первый вопрос, который задает бизнес. При это любые глубокомысленные заявления о репутации, о серьезности ущерба, о важности последствий, фразы "ну вы же все понимаете" ни к чему не приводят. Бизнес не понимает. Не потому, что он дурак, а потому что он понимает только вопрос денег (утрирую немножко, конечно). Покажите, во сколько выльется мне наличие дыры на сайте? В деньгах покажите! Нет прямого ущерба? Покажите косвенный. Не можете посчитать? Тогда идите и учите, как считать, не отнимайте время. Но как же?.. А риски... Риски? Какие риски? У бизнеса есть более значимые риски, чем уязвимость на сайте с отсутствующим ущербом (если не посчитан, значит отсутствует). Валютные риски, риски ликвидности, рычночные риски, страновые риски, инфляционные риски, процентные риски, кредитные и оборотные риски... Операционные риски и их подмножество - риски информационной безопасности - в бизнесе занимают не такое важное место, как об этом думают (если вообще думают) безопасники.

Потом искатели дыр на сайте начинают ныть о том, что их не ценят и они никому не нужны. Выходов отсюда два. Либо безопасник-технарь понимает ограниченность своего взгляда на мир и меняет его, начиная воспринимать гораздо большую палитру красок в мире ИБ. Либо безопасник-технарь решается продемонстрировать на практике реальность своих заявлений о серьезности последствий от использования уязвимости на сайте. В лучшем случае его прогоняют вон; в худшем - он идет по этапу (и возможно даже не по 272-й статье). Отдельные феномены умудряются всю жизнь прожить с мнением, что их никто не понимает и не ценит, а уж они-то самые крутые в мире безопасники. Правда, с этим своим мнением они никому не нужны - семьи у них обычно не бывает, работу они либо не имеют, либо меняют слишком часто из-за своей неуживчивости. В России это может закончиться традиционно - алкоголизм или наркомания. Но вернемся к ответственности бизнеса.

Допустим безопасник-технарь совершил чудо и смог продемонстрировать ущерб от дыры на сайте в деньгах. Допустим он выбрал правильную методику, понятную бизнесу и принятую им. Допустим. Но возникает вторая часть утверждения "ай-яй-яй, какие последствия наступят". Речь идет о слове "наступят". Коль скоро мы говорим об угрозах или рисках, то одним из элементов этих понятий (помимо последствий или ущерба) является вероятность. Бизнес хочет видеть вероятность реализации риска использования уязвимости на сайте. А ее нет! В принципе нет! Точнее есть какие-нибудь отчеты E&Y, KPMG, CSI, OWASP; в них приводится статистика по использованию уязвимостей. Но это как средняя температура по больнице. Любой бизнес спросит: "А я-то тут причем? Почему у меня должна быть такая же вероятность? Может быть у меня и вовсе такого риска не наступит?" И ответить тут будет нечего - потому что мало кто тратит время на нормальный подсчет значения вероятности. Хотя методов немало.

К счастью, вероятность наступления негативного события хоть и важна, но не так, как размер ущерба, т.е. то, с чего я начал пост. И хотя в теории считается, что знать вероятность и размер ущерба одинаково важно, на практике это не так. Даниил Бернулли в 1738 году опубликовал в "Комментариях Санкт-Петербургской Академии" описание так называемого метода полезности денег (он же Санкт-Петербургский парадокс) согласно которому в процессе принятия решения люди уделяют больше внимания размеру последствий разных исходов, нежели их вероятности. Т.е. мы вновь возвращаемся к оценке последствий в терминах, понятных бизнесу, т.е. деньгах.

Кто-то говорит, что управление рисками - это фуфло. Кто-то активно продвигает эту тему. Я уже не раз высказывал свое мнение по этому вопросу (интересная дискуссия от 2008-го года на эту тему). Если при оценке рисков эксперты оперируют качественным показателями, то это профанация. Если применяются соответствующие методы, основанные на правильных моделях и исходных данных, то оценка рисков имеет право на жизнь. Правда, для этого, как говорил Эйнштейн, надо подняться над уровнем, на котором возникла проблема. Надо оперировать финансовыми показателями и финансовыми моделями - тогда и оценка рисков будет адекватной.

Резюмировать можно просто: ПОКАЖИ ДЕНЬГИ, прежде чем обвинять бизнес в тупости и непонимании безопасности. Бизнес также считает тупым безопасника, который не понимает потребностей бизнес и не умеет с ним разговаривать на понятном бизнесу языке. В конце концов, именно бизнес платит зарплату или оплачивает договора. Стоит иногда прислушиваться к мнению бизнеса, а не тупо навязывать свое.

ЗЫ. Как показывает дискуссия в Twitter демонстрация value (в деньгах) пока не находит понимания у безопасников-технарей. Разрыв сохраняется. Безопасность остается в загоне.

ЗЗЫ. Вот еще одно доказательство тем, кто считает, что взлом компании (очень громкий взлом) как-то влияет на бизнес. Кстати, руководитель безопасности этой компании был назван CSO года ;-)

26.2.13

Хроники Совета Федерации или как пишется Стратегия кибербезопасности

Сегодня мне довелось побывать на 3-м совещании в Совете Федерации, инициированном сенатором Русланом Гаттаровым и посвященном вопросам создания Стратегии кибербезопасности РФ. Тема безусловно важная, т.к. с момента выхода Доктрины ИБ прошло уже больше 10-ти лет и с тех пор многое поменялось - в поведении людей, в технологиях, в Интернет... Но как оказалось не поменялись только наши силовики, иначе как ретроградами после вчерашнего заседания я назвать не могу ;-(

Как не хотелось опускаться на уровень терминологических споров в самом начале работы, но без этого не обошлось. Термин "кибербезопасность" вызвал очередную дискуссию. Кто-то говорил, что он шире термина "информационная безопасность", кто что уже. Кто-то начал спорить, что нельзя вообще использовать буржуинский термин. МИД высказал в почти ультимативной форме пожелание заменить "кибербезопасность" "международной ИБ" (термин, который Россия с 98-го года использует на международной арене). В итоге треть заседания прошла в терминологических спорах "ни о чем".

Вторая треть заседания "невзначай" коснулась связи разрабатываемой Стратегии с иными документами "по теме" и позицией регуляторов. Оказалось, что они не видят смысла самим разрабатывать что-то аналогичное и тем более публичное (звучали даже идеи засекретить инициативу Совета Федерации), но готовы посмотреть на конечный результат и если что... присоединиться и взять на флаг полученный документ. Из уст МИДа и СовБеза звучали слова о том, что зачем такая стратегия нужна, если у России уже есть согласованная всеми ведомствами (МИД, ФСБ, СовБез и т.д.) позиция и она непреклонна и вообще публичное обсуждение таких "скользких" вопросов только на руку нашим врагам за океаном...

В третьей трети заседания обсуждалась сама Стратегия, а точнее ее второй вариант. К слову сказать, то, что получилось, выглядит вполне достойно для второй редакции и очень похоже на аналогичные стратегии иных государств. Помимо общих замечаний, хотели обсуждать и конкретные задачи, но дальше первой так и не продвинулись - речь о центрах мониторинга и реагирования на киберугрозы (вот, кстати, еще один парадокс - в словах "преступность", "терроризм", "угрозы" силовики МИД вполне себе позволяют использовать приставку "кибер-", а в слове "безопасность" категорически против). Как заявил представитель СовБеза, оказывается, у ФСБ все уже давно есть (речь шла об упоминаемой мной как-то системе СОБКА - Система ОБнаружения Компьютерных Атак) и Указ Президента 31с только формализовал то, что и так уже давно и с успехом работает на благо государства, бизнеа и гражданского общества (с последними двумя пунктами в 31-м указе как-то негусто, но СовБезу виднее). Потом прозвучали слова о том, что единый центр мониторинга киберугроз - это неосуществимо и соответствующие ведомства уже не первый год обсуждают этот вопрос с юридической, технической и философской точек зрения (!) и не могут прийти к взаимопониманию.

Так и закончилось наше заседание. На конструктивное обсуждение разделов Стратегии кибербезопасности времени не осталось. Но поручения по доработке были выданы, работа продолжается. Следующая итерация в марте - думаю текст уже будет в высокой степени готовности. А вот дальше начнется самое интересное - обсуждение Стратегии с профильными ведомствами ;-)

25.2.13

Поведение российских подростков в Интернет: уроки для служб ИБ

В прошлый четверг я писал об американском исследовании поведения молодежи в Интернет с точки зрения информационной безопасности. Было бы неправильно не рассказать и об отечественных исследованиях по данной тематике. В 2011-м году Факультет психологии МГУ, Федеральный институт развития образования и Фонд развития Интернет опубликовали большое исследование "Пойманные одной сетью: социально-психологическое исследование представлений детей и взрослых об Интернет" (176 страниц).

Как говорится в аннотации "В монографии представлены результаты серии иссле дований, осуществленных в 2009-2010 гг. в рамках Года Безопасного Интернета в России сотрудниками Фонда Развития Интернет, факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова и ФГАУ «Федеральный институт развития образования» Минобрнауки России. Главный фокус исследований — особенности восприятия детьми и взрослыми глобальной сети, проблемы безопасности российских детей и подрост ков в интернете, роль родителей в обеспечении безопасности и компетентность педагогов в использовании современных ИКТ".

Выборка в исследовании была достаточно репрезентативная - в различных исследованиях участвовали от нескольких сотен до нескольких тысяч школьников, студентов, родителей, преподавателей из разных регионов России - от Мурманска до Ставрополья, от Карелии до Хабаровска. Все описанные в монографии исследования преследовали, конечно, не цель, связанную с корпоративной или ведомственной ИБ. Но среди прочего изучалось и поведение молодежи (будущих работников и чиновников) в Интернет, отношение к рискам и многие другие аналогичные вопросы.

Среди выводов (часть вполне очевидных), сделанных исследователями:
  • Интернет становится привычным пространством общения и досуга, заменяющим ТВ, радио и живое общение.
  • Многие проводят в Интернет по несколько часов в день, теряя вкус к реальной жизни. Появляется Интернет-зависимость, отсутствие социальной адаптации, неумение общаться и потеря "чувства реальности". У зависимой молодежи нередки случаи повышенной агрессии и немотивированного насилия. Желание как можно дольше сидеть в Интернет приводит к употреблению допинга, что тоже не самым лучшим образом влияет на молодежь, снося ей башню.
  • Большая часть опрошенных считает Интернет неопасным. Эти "данные конкретизируют ставшее сегодня уже общепринятым представление о том, что именно дети и подростки являются наиболее уязвимой группой пользователей Всемирной паутины и подвергаются опасности даже при анонимном общении по причине недостаточной степени осознания возможных последствий". К чему это приводит тоже понятно - рост вероятности успешного социального инжиниринга и иных техник внедрения вредоносного кода на компьютер жертвы.
  • Подростки беспечны и спокойно раздают напрво и налево свои персональные данные. Это, кстати, в очередной раз ставит вопрос о том, зачем нам такое жесткое законодательство по персональным данным, если сами субъекты ПДн не сильно заботятся о сохранности своей личной жизни?

  • Было выделено 7 типов подростков — пользователей интернета: «любознательные», «тусовщики», «бунтари», «игроки», «потребители», «ботаники» и «деловые». Первые четыре типа подростков-пользователей — самые распространенные среди российских школьников. Именно "бунтари" "разводят лохов",  "взламывают сайты" и делают иные неблаговидные вещи. Причем зачастую они не видят ничего криминального в своих действиях.
Вообще, очень интересное исследование, дающее понимание, куда и как будет развиваться нынешняя молодежь, если ее не направить в правильное русло. Число "бунтарей", невидящих криминала в хакерской деятельности, и "тусовщиков", готовых на многое (в т.ч. и попасть на удочку социального инжиниринга) ради прикольной встречи, будет только расти. И когда они перейдут из разряда школьников в разряд работников российских или зарубежных компаний (а произойдет это лет через 7-10), тогда мы и вспомним про это исследование и про то, что понимание человеческого поведения и знание психологии может помочь в выстраивании правильной стратегии ИБ.

22.2.13

А где установлена обязанность проводить анализ качества кода?

Анализ качества кода на Уральском форуме в Магнитогорске стал одной из самых актуальных тем - ему было посвящено целых 3 доклада и отдельные высказывания представителей ГУБиЗИ и ДРР Банка России. С точки зрения здравого смысла очевидно, что анализировать качество кода нужно. Это повышает стабильность, надежность и защищенность готового продукта. Но является ли это обязательным требованием или всего лишь пожеланием со стороны экспертов?

Как это ни странно, но это является требованием не в одном, и даже не в двух нормативных актах. Начнем с СТО БР ИББС 1.0 от 2010-го года. Раздел 7.3.5 гласит буквально следующее: "Также документация на разрабатываемые АБС или приобретаемые готовые АБС и их компоненты должна содержать описание реализованных защитных мер, предпринятых разработ чиком относительно безопасности разработки и безопасности поставки". Иными словами разработчик должен вести безопасную разработку и должен написать про это в документации на поставляемую АБС. Интересно, кто-то когда-то проверял наличие такого раздела в документации на приобретаемые АБС?

А еще у нас есть PCI DSS с его разделами 6.3, 6.5 и 6.6, посвященными как раз качеству кода, безопасной разработке и регулярному тестированию ПО на предмет требований стандарта PCI DSS и других лучших практик. И конечно же стандарт PA DSS, полностью посвященный вопросам разработки платежных приложений; особенно раздел 5. В отличие от СТО БР ИББС стандарты PCI DSS и PA DSS носят обязательный, а не рекомендательный характер.

Но это не все, что ожидает банковские организации и разработчиков платежных приложений в отношении обязательств по анализу качества кода. Вспомним Уральский форум. Заместитель начальника ГУБиЗИ Артем Михайлович Сычев поделился планами по развитию СТО БР ИББС, в числе которых разработка нового документа "Требования к банковским приложениям и разработчикам банковских приложений". Можно предположить, что данный документ включит в себя базовый набор требований к функциональности и процессу разработки платежных приложений, применяемых в российских финансовых организаций. Аналогичные планы есть и у Департамента регулирования расчетов - их озвучил заместитель директора ДРР Андрей Петрович Курило. Правда, ДРР идет чуть дальше ГУБиЗИ и предлагает не только установить требования к разработчикам платежных и финансовых приложений, используемых в рамках Национальной платежной системы, но и проводить оценку их соответствия (возможно, сертификацию) указанным требованиям.

Но значит ли все вышенаписанное, что только банковские приложения должны подвергаться дополнительному анализу на качество кода? Нет. Ведь у нас еще есть угрозы наличия недекларированных возможностей в прикладном и системном ПО, используемом в информационных системах персональных данных. С ними-то надо что-то делать? Но что? 16 ноября я уже мутил дискуссию на эту тему, в которой родилось необычно много комментариев и предложений. Часть из них, вполне вероятно, войдет в приказ по защите персональных данных. А иначе как бороться с тем, что так опрометчиво разработчики ПП-1119 включили в число угроз, с которыми надо бороться?

Выглядеть фрагмент приказа мог бы так: "В случае определения в соответствии с Требованиями к защите персональных при их обработке в информационных системах персональных данных, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 1 ноября 2012 г. № 1119, в качестве актуальных угроз безопасности персональных данных 1-го и 2-го типов дополнительно к мерам по обеспечению персональных данных могут применяться следующие меры: 
  • проверка кода системного и (или) прикладного программного обеспечения на отсутствие недекларированных возможностей с использованием автоматизированных средств (автоматизированная проверка кода);
  • проверка кода системного и (или) прикладного программного обеспечения на отсутствие недекларированных возможностей без использования автоматизированных средств (ручная проверка кода);
  • тестирование информационной системы на проникновения (пинтесты);
  • использование в информационной системе системного и (или) прикладного программного обеспечения, разработанного с использованием методов защищенного программирования". 
Так что тема, которая совсем недавно была уделом немногих продвинутых компаний, задумывающихся о безопасности заказных или своих самописных приложений, может вскоре стать очередным драйвером  развития российского рынка информационной безопасности. И игроки тут уже свои тоже появляются, например, Appercut Security или Positive Technologies. Есть свои фанаты этой тематики, ведущие специализированные блоги, например, Женя Родыгин. Готовятся мероприятия, посвященные анализу кода. Например, этой теме будет посвящена отдельная секция на РусКрипто 2013.

Так что готовтесь, коллеги...

21.2.13

Поведение молодежи в Интернет как угроза безопасности

Выражение "поколение Next" или "поколение Пепси" стало известным в 90-х - начале 2000-х годов и оно отражало совершенное новое поколение молодых людей, выросших в условиях полного отсутствия советской идеологии, в условиях перестройки, рыночных отношений и т.д. Сегодня появляется новый термин, отражающий очередную смену поколений. Это термин "поколение Y" или "millennial". Надо заметить, что в отличие от многих читателей этого блога, поколение Y выросло в то время, когда Интернет уже был распространен (многие даже не знают что такое ходить в FIDO на скорости в 14400 бод), когда компьютер перестал был предметом роскоши, когда у каждого появился мобильный телефон или смартфон. Поменялось у этого поколения и поведение в Интернет и поведение, связанное с применением информационных технологий. Частично, такие изменения описаны в отчете Cisco по глобальным сетевым технологиям, но мне бы поговорить хотелось не о нем.

В конце сентября был выпущен еще один интересный американский отчет, подготовленный по заказу Министерства национальной безопасности США (Department of Homeland Security). Отчет не очень большой - всего 60 страниц, но выводы в нем сделаны очень интересные. В нем говорится, что поколение "тысячных" (millennial) является первым, кто "всегда на связи", "всегда подключен" к средствам коммуникаций. Они не видят своей жизни без iPhone и iPad, без своего MacBook или другого лептопа. Они приносят их на работу и на учебу, создавая новые каналы реализации угроз, расширяя спектр возможных уязвимостей. Это новое поколение не понимает тех проблем и задач ИБ, которые стоят перед более старшими товарищами. Я уже как-то писал, что для современной молодежи нормальным является открыть о себе как можно больше данных в социальных сетях. Иначе они будут считаться "белыми воронами". И про исследование Евросоюза о парадоксах в словах и действиях субъектов персональных данных тоже писал.

И вот американское исследование, задачей которого было изучить поведение поколения Y в киберпространстве и сформировать идеи по повышению осведомленности Интернет-молодежи в вопросах обеспечения информационной безопасности. Было проведено несколько экспериментов, которые и позволили сделать выводы о том, что современная молодежь гораздо хуже соблюдает многие классические требования по безопасности - по правильному выбору паролей, по работы с электронной почте, по борьбе с фишингом и т.д. Вот облегченная сводная статистика.


Дальше исследователи стали пытаться найти ту форму донесения информации дл поколения Y, которая бы смогла помощь поднять уровень осведомленности в вопросах безопасности. Были опробованы разные варианты. Например, такой


Но в процессе экспериментов оказалось (что неудивительно, конечно), что девушки и юноши по-разному реагируют на те или иные формы и форматы донесения информации. Поэтому были разработаны отдельные "женские" и отдельно "мужские" способы коммуникаций.


Они варьировались от обычных "ну, чувак, ты лоханулся и нажал на сообщение, которое увело тебя на вредоносный сайт" до достаточно информативных и содержащих конкретные рекомендации по повышению уровня защищенности. Например, вот так выглядела коммуникация с молодой девушкой, которая неумело выбирала пароли доступа к различным социальным сетям и иным посещаемым Интернет-проектам.


Никаких текстовых памяток или парольных политик на 10-20 страниц. Все лаконично и предельно понятно. "Длиннее, сложнее, разнообразнее" так звучит девиз при выборе пароля.


И это дало свой эффект - поведение испытуемых поменялось в лучшую сторону. Выбираемые ими пароли стали сложнее и длиннее. Они стали реже заходить на фишинговые сайты и кликать по ссылкам в приходящих сообщениях e-mail. А значит выбранная форма повышения осведомленности была правильной и сыграла свою позитивную роль.




Вывод из этого исследования напрашивается простой - нельзя почивать на лаврах и жить с политиками, разработанными 5-10 лет назад или даже год назад. Нельзя иметь один комплект политик и требований. Надо учитывать целевую аудиторию! Этот классический маркетинговый принцип может быть и должен быть транслирован в т.ч. и в информационную безопасность. Без этого все попытки повысить уровень защищенности своей организации (даже с отличными средствами защиты, кипой правильных документов и аттестатом соответствия) будут обречены. Ведь безопасность системы равна безопасности самого слабого звена, а им всегда был и остается человек. Исключая его из процесса обеспечения ИБ на предприятии мы делаем ситуацию только хуже.

20.2.13

Американцы активизируют усилия по защите критически важных объектов

12 февраля президент США Барак Обама подписал очередной указ "Усиление кибербезопасности критических инфраструктур", который наметил ряд первоочередных задач по повышению уровня защищенности американских критических инфраструктур. Данный указ состоит из 6-ти направлений, которые будут реализовываться различными агентства и федеральными структурами:
  1. Координация усилий. Лишний раз уточняется, что все разрозненные спецслужбы и федеральные структуры, задействованные в процессе защиты критических инфраструктур, должны координировать свои усилия в соответствие с президентской директивой №1 от 13 февраля 2009 года.
  2. Обмен информацией. Тут вроде тоже все понятно. Госорганы и частные компании, владеющие КВО, должны обмениваться информацией о киберугрозах. В качестве протокола такого обмена предлагается использовать STIX.
  3. Консалтинг. Секретарь ихнего СовБеза должен установить процедуры по консультированию всех заинтересованных сторон по вопросам кибербезопасности КВО.
  4. Создание базовой инфраструктуры. Это, пожалуй, самый интересный пункт, который подразумевает создание инфраструктуры, включающей методологию, стандарты, процедуры и процессы по снижению рисков ИБ для КВО, а также эффективные, гибкие, реплицируемые, измеримые и экономичные методы и меры защиты.
  5. Привлечение волонтеров.
  6. Идентификация критичных инфраструктур с повышенным риском.
Первым практическим результатом данной работы стала разработка американским институтом по стандартизации (NIST) RFI по защите критических инфраструктур. Все заинтересованные лица должны прислать в NIST информацию об используемых методах и стандартах защиты критических КВО, которые будут проанализированы экспертами NIST с привлечением федеральных органов и спецслужб. По истечении 240 дней с момента публикации президентского указа (т.е. еще до конца 2013-го года) базовая инфраструктура кибербезопасности должна быть разработана и опубликована.

Хотя у нас и непринято опираться на американский опыт, данный пример очень показателен. Американские спецслужбы не сами навязывают частным и государственным компаниям методы борьбы со сферическим конем в вакууме, которые мало применимы к реальной жизни. Они действуют более грамотно, сначала запрашивая у КВО информацию о существующих методах борьбы с киберугрозами. Затем они будут анализироваться на предмет соответствия некоторым лучшим практикам и стандартам, а затем на их основе будет разработан целый комплект новых документов, процессов и процедур, способных бороться с угрозами в эпоху пост-Stuxnet.

ЗЫ. В России же пока темой кибервойн активно интересуются телеканалы. Спецслужбы же борются не с кибертеррористами, а с киберэкстремистами и радикалами. Тоже важная задача, но нерешаемая (именно в контексте борьбы с нелегальными элементами). Деанонимизация, о которой заговорили в прошлом сентябре и продолжили в феврале, ударит только по легальным пользователям; те, кто хочет скрыть свою незаконную активность от правоохранителей и силовиков и так это сделают - методов существует немало. Зато прижать хвост оппозиции, не сильно технически подкованной, можно будет легко. А это куда как важнее для нынешней власти, чем борьба с реальной киберугрозой ;-(

19.2.13

Завтра не умрет никогда. Поле биты - Интернет

В прошлый вторник по "Культуре" показывали документальный фильм "Завтра не умрет никогда. Поле битвы - Интернет". Я там давал интервью и побыл немного консультантом ;-)


18.2.13

Уральский форум - впечатления

Вся прошлая неделя прошла под Магнитогорском на Уральском форуме по информационной безопасности банков. Мероприятие стало еще лучше. По многим показателям. Тут вам и деловая программа, и спортивная, и культурная. Даже метеорит в пятницу и то был ;-) Я свел все впечатления от деловой программы в одну презентацию, которую и выкладываю.



На Уральском форуме в последний день была у меня еще одна презентация, помимо  опубликованной выше. Назвалась она "Как стать известным специалистом по информационной безопасности". Надо сказать, что за 15 минут рассказать об этом достаточно сложно и поэтому я наметил скорее какие-то общие направления и моменты. Презентацию выкладываю.



Собственно основных мыслей две. Первичен вопрос не "Как стать известным", а "Зачем стать известным". Именно от ответа на второй вопрос зависит успех или не успех первого. Первый - это техника, следуя которой можно действительно чего-то добиться. Но только поняв первопричину, достигнутый успех можно закрепить. Одному известность нужна, чтобы доказать бывшей девушке, ушедшей к другому. Другому - доказать что-то родителям, неверившим в ребенка. Третьим - тупо иметь много девчонок (или парней). Поняв исходную точку, можно понять и способ ее достижения.Вторая мысль еще проще - чтобы быть известным, надо что-то делать, а не ждать, когда известность упадет с неба. Падает она очень редко, а исчезает и того быстрее.

Презентация была посвящена вопросу известности, а не теме становления специалистом. Но события, которые сопровождали последние пару дней Форума и последующие дни показали, что до сих в отрасли не сложилось определения понятия "специалист по ИБ". Причем доказать свою "крутотень" стремятся все, но особенно молодежь. Года не проходит, чтобы где-то на форуме, в социальных сетях, на мероприятиях не начинался срач на тему "А ты кто такой?" Причем нельзя сказать, что это что-то новое. Достаточно вспомнить советскую классику:


Но похоже это вечная тема. Я ей посвятил как-то статью, в далеком 2005-м году, так ее и назвав "Кто такой "настоящий безопасник" (на Секлабе). Но всегда будет находиться очередной вьюнош, бескомпромиссно пытающийся доказать, что авторитетов не существует. Тут еще можно и "Отцов и детей" вспомнить Тургенева ;-)

11.2.13

Обновление программы курса по защите информации в НПС

Обновил программу курса по НПС. В текущей версии 1.6 добавлены следующие темы:
  • Требования ДИС Банка России по защите информации в системах ДБО
  • Все нормативные требования по защите информации в системах ДБО (ФСТЭК, ФСБ, Банк России)
  • Обновление списка операторов платежных систем
  • Список операторов электронных денежных средств
  • Планы развития СТО БР ИББС на 2013 год
  • Планы развития требования по защите информации в НПС на 2013 год
  • Рекомендации НП НПС о порядке использования электронных средств платежа
  • Деятельность НП НПС в части уточнения работы с 382-П, 2831-У и ПДн в рамках НПС

8.2.13

Контроль качества ПО с точки зрения ИБ становится обязаловкой?!

Об анализе кода я писал не раз и даже спрогнозировал в конце прошлого года, что тема эта поднимется с колен и начнет свое победное шествие по миру. И дело даже не в том, что по другому очень сложно бороться с НДВ, которое так необдуманно было вставлено в ПП-1119, а в том, что этого требует современное состояние защищенности многих корпоративных приложений.

Ведь не секрет, что абсолютное большинство атак реализуется уже не на сетевом, а на прикладном уровне. Еще в середине 2000-х я выступал с презентациями, в которых приводилась цифра 75% - именно такое количество атак фиксируется на прикладном уровне. Традиционные межсетевые экраны и системы предотвращения вторжений слабо помогают решать эту задачу. Нужные совершенно новые идеи. И одной из них является как раз анализ кода. Когда мы обсуждали, как может реализовываться задача борьбы с НДВ в документах ФСТЭК или ФСБ, то набросали несколько вариантов:
  • внедрение приемов "защищенного" программирования (SDLC)
  • проверка кода на предмет НДВ с помощью автоматизированных инструментов (например, Appercut Security)
  • ручная проверка кода на предмет НДВ с помощью специализированных компаний (например, Positive Technologies и т.п.) или в рамках сертификационных испытаний ФСТЭК/ФСБ/МО
  • услуги по анализу защищенности приложений и операционных систем, включая пентесты
  • доверенная аппаратная платформа с функциями защиты от НДВ на системном и прикладном уровне
  • страхование соответствующих информационных рисков.
Но ни одна из этих идей не прошла (для ФСТЭК времени было мало, а мотивация ФСБ так и осталась для меня загадкой при выборе ими защитных мер от НДВ системного или прикладного уровня), но регуляторы задумались. Об этом задумалась ФСТЭК. Об этом задумался Банк России, который планирует в этом году разработать отдельный документ с требованиями к банковским приложениям (на Инфофоруме в начале недели вообще прозвучала идея об отдельной сертификации финансовых приложений). Уникальны ли мы в этом вопросе? Нет!

С нового года в США вступил в силу закон под названием "Defense National Defense Authorization Act of 2013", который устанавливает определенные требования к продукции, поставляемой по оборонному заказу. Среди прочего (к слову сказать, закон занимает 681 страницу А4) есть там и раздел 933 "IMPROVEMENTS IN ASSURANCE OF COMPUTER SOFTWARE PROCURED BY THE DEPARTMENT OF DEFENSE", в котором говорится об обязательном контроле качестве ПО, приобретаемом Министерством Обороны. Достигается эта задача применением автоматизированных сканеров безопасности, тестированием, анализом кода и т.д. При этом действует это требование не для всех систем, приобретаемых американским МинОбороны (слишком уж накладно было бы), а только для определенных категорий - т.н. основных, систем, связанных с национальной безопасностью, и систем категории I по классификации МинОбороны США.

Но не только американская военщина озабочено анализом кода. 5-го февраля NIST опубликовал 4-ю версию своего документа SP800-53 "Security and Privacy Control for Federal Information Systems and Organizations", содержащего полный перечень мер для защиты государственных информационных систем США. Из этого перечня в зависимости от класса информационной системы с помощью SP800-60 и выбираются нужные механизмы обеспечения ИБ. Среди прочего есть там группа мер под названием "Systems and Service Acquisition", т.е. что делать при приобретении систем или услуг. А внутри группы SA есть блок SA-11 "Developer Security Testing and Evaluation", который появился только в 4-й редакции и содержит, собственно, меры по анализу качества приобретаемого ПО. Таких мер 7:
  • средства анализа кода
  • анализ уязвимостей и угроз
  • независимая оценка плана анализа защищенности
  • ручной анализ кода
  • пентесты
  • моделирование угроз
  • проверка области тестирования/анализа.
Еще один новый блок связан с угрозами в цепочке поставок. Это SA-12 и в нем тоже присутствуют тематика анализа кода. Вы уверены, что в приобретенном вами коде нет случайных или намеренных закладок? Чтобы ответить на этот вопрос и нужны меры из SA-12, в частности оценка ДО выбора системы, ДО ее использования и ДО ее обновления. А среди инструментов такой оценки NIST предлагает статический и динамический анализ, симуляцию, тестирование в режиме "белого"/"серого"/"черного" ящика, пентесты, fuzz testing, криптографические хэши и т.д.

В случае с NIST SP800-53 анализу подвергается не каждая приобретаемая система, а только некоторые из них, что зависит от класса государственной информационной системы и актуальных угроз.

К чему я это все пишу? Не для регуляторов - они рано или поздно придут к тому же, к чему пришел американские институт стандартов или МинОбороны. И не для вендров - западные и так проводят все эти работы, а отечественных врядли что-то заставит тратить дополнительные ресурсы на неочевидные вещи. Пишу я для потребителей, которые должны задуматься об анализе кода приобретаемых или самописных приложений. Либо с точки зрения регуляторики (уже к концу года стоит ждать документов от Банка России), либо с точки зрения выгоды. Спустить на тормозах эту тему уже не удастся...

7.2.13

Какие нормативы регулируют защиту ДБО?

Позавчера на Инфофоруме, в секции по НПС звучало немало нелестных слов от банкиров, которых видимо уже достало увеличение числа нормативных требований по защите, которые навешивают на них регуляторы. Они хотели бы жить по западным правилам игры, когда особых требований к защите ДБО никто не предъявляет и каждый банк исходит из принципа разумной достаточности и экономической целесообразности. У нас же все иначе.

Сегодня требований по безопасности систем ДБО пруд пруди:
  • раздел 7.6 СТО БР ИББС, за который отвечает ГУБиЗИ Банка России
  • Положение 382-П, за которое отвечает ДРР Банка России
  • упомянутые вчера требования по защите ДБО, разработанные ДИС Банка России вместе с Российской Академией Наук
  • требования ФСТЭК по защите персональных данных, т.к. до сих пор так никто ответа и не дал, как же защищать персданные при осуществлении денежных переводов - по 161-ФЗ или по 152-ФЗ
  • требования ФСБ по применению СКЗИ, в т.ч. и для ДБО
  • рекомендации НП НПС и АРБ по реагированию на инциденты в ДБО
  • Письмо 60-Т от 27.04.2007 "Об особенностях обслуживания кредитными организациями клиентов с использованием технологии дистанционного доступа к банковскому счету клиента (включая интернет-банкинг)"
  • Письмо 197-Т от 7.12.2007 "О рисках при дистанционном банковском обслуживании"
  • Письмо 36-Т от 31.03.2008 "О Рекомендациях по организации управления рисками, возникающими при осуществлении кредитными организациями операций с применением систем интернет-банкинга"
  • Письмо 11-Т от 30.01.2009 "О рекомендациях для кредитных организаций по дополнительным мерам информационной безопасности при использовании систем интернет-банкинга"
  • Письмо 141-Т от 26.10.2010 "О Рекомендациях по подходам кредитных организаций к выбору провайдеров и взаимодействию с ними при осуществлении дистанционного банковского обслуживания".
Визуально это выглядит так:

Внушительный список. Где-то это обязательные требования, где-то рекомендации. Но вопрос, которым задаются банки, в другом. Почему нет требований к разработчикам АБС и систем ДБО? Почему регулируют только банки? Потому что у них есть деньги? Или потому что у них есть отраслевой регулятор, а у разработчиков ДБО нет?

А ведь помимо разработчиков АБС немалое число проблем приносят злоумышленники, которых либо не ловят, а если ловят, то дают условные сроки или вовсе отпускают. А еще есть клиенты, малознакомые с вопросами информационной безопасности. А почему нет роликов по повышению осведомленности клиентов в области информационной безопасности? Предусматривает ли программа повышения финансовой грамотности россиян, о которой так давно говорят наши власти, вопросы ИБ при осуществлении финансовых транзакций?

Но ни преступников, ни клиентов особо не трогают, концентрируя весь набор требований на банках. Оно и понятно - проще. Это вам не внесение изменений в Уголовно-процессуальный кодекс. И не написание разъяснений для судей и следователей. И не регулярное их обучение. И не поиск баланс в 9-й статьей ФЗ-161. На все это требуется время и усилия по продвижению изменений. А выпустить требования по защите гораздо проще. Только вот в какой-то момент должно произойти переполнение чаши терпения. И вот тогда я даже не берусь предсказывать, к чему это все может привести...

6.2.13

Как взломали один банк...

UPDATE : Вопрос частично разрулили. Служба ИБ банка отработала сигнал оперативно. Деньги должны вернуть!

Что-то банковская тема не сдается и постоянно дает о себе знать. Вроде как еще вчера на секции по НПС была активная дискуссия на тему взаимоотношения банка, клиента и регулятора, а тут практическая ситуация ;-) Позвонила знакомая и сообщила, что ее счет в одном крупном банке взломали. Взломали очень интересно. Если дело было действительно так, как она описывала, то это верх разгильдяйства и непрофессионализма тех, кто выстраивал АБС. Ну и к службе ИБ там тоже есть вопросы (если они участвовали в процессе построения системы). Но написать я хотел о другом.

Два факта сопровождали этот взлом. Они интересны именно с точки зрения практической реализации различных требований и рекомендаций по защите ДБО. В частности, упомянутая мной сегодня методичка ЦБ по защите ДБО. В ней, в разделе технологических мер есть такой совет, как установление ежедневного лимита на снятие денег со счета.  Звучит она так "При использовании клиентского рабочего места в режиме минимального уровня защиты должно действовать ограничение на максимальную сумму транзакции, а ряд транзакций могут быть запрещены банком. Суточный объем транзакций также может быть ограничен". Но вот дальше возникает вопрос, а КАК должна быть реализована эта мера? Что должен просить клиент банка при реализации этой меры? Как проверить выполнение этой меры в рамках контроля (надзора)?

В упомянутом выше взломе мошенники действовали просто - первую сумму они сняли в 23.59, а вторую в 00.01. Формально требование суточного лимита соблюдено - 23.59 и 00.01 - это два разных дня. Правда идея суточного лимита все-таки относится к астрономическим, а не календарным суткам. Поэтому банкам стоит настраивать свои системы именно на 24-хчасовой интервал межжу транзакциями, а не на на учет календарных суток. А клиентам уточнять при оформлении данной услуги - как банк учитывает сутки, календарно или астрономически?

Дальше больше. Мошенники на двукратном снятии денег не остановились и пошли в соседний банкомат другого банка. И что же? Они с успехом сняли деньги и там, т.к. суточное ограничение на снятие наличных действовало только для собственной банкоматной сети и не было (почему-то) привязано к самому счету. И вновь совет банкам - привязывать суточные лимиты к счету или даже клиенту целиком, а никак не к банкомату или собственной банкоматной сети. Клиентам же стоит также интересоваться, ограничение действует только в "своих" банкоматах или распространяется на все банки без исключения. Причем обе рекомендации легко проверить на практике.

И тут вспоминается вчерашняя дискуссия на Инфофоруме. Представитель общества по защите прав потребителей говорил, что нужно повышать осведомленность клиентов банков в области ИБ. Представитель HandyBank напротив был уверен, что это все не работает и делает только хуже, создавая у клиентов чувство ложной защищенности. Он наоборот предложил концентрироваться на ловле преступников, а не на давлении регуляторов на банки. Представитель ВТБ говорил, что увеличение требований по ИБ не может идти бесконечно и в какой-то момент встанет дилемма "безопасность или удобство". В качестве примера приводилась африканский кейс, где ввели правило биометрической идентификации по отпечаткам пальцев при снятии денег. Через какое-то время после введения этой меры число мошенничеств перестало снижаться и опять стало расти, как и число инцидентов с отрезанными пальцами. При этом вице-президент ВТБ вскользь бросил идею, что регулятору стоило бы жестко установить минимальный уровень защиты.

Что могу сказать? Все правы и неправы, если посмотреть на упоминаемый мной взлом. Клиенту стоило бы знать, какие вопросы задавать банку при оформлении услуги "суточный лимит". А помочь ему в этом могли бы ролики повышения осведомленности. Но роликов недостаточно. Нужны были разъяснения и требования со стороны регулятора (скорее всего именно ЦБ), как должна была быть реализована данная услуга по суточному лимиту. Простой формулировки как в вышеупомянутой методичке ДИС явно недостаточно. А помимо требований в методику контроля (надзора) должен был быть вставлен соответствующий пункт (что и как проверять). Ну а преступников конечно ловить надо в любом случае. Только вот непросто это в таких кейсах.

Новая методичка Банка России по безопасности ДБО

Те немногочисленные посетители последней секции вчерашнего Инфофорума, посвященной защите дистанционного банковского обслуживания (ДБО), помнят доклад Андрея Щербакова, советника ДИС Банка России. Он анонсировал методические рекомендации по безопасности ДБО, разработанные ДИСом и Российской Академией Наук. Это было не только ново, но и неожиданно. Раньше ДИС не был замечен в этой области. Да и вопрос компетенции тоже сразу возник; все-таки это скорее тема ГУБиЗИ, чем ДИСа. Но оставим в стороне этот вопрос и посмотрим на сами требования, которые были любезны присланы по моей просьбе.

Разработчики рекомендаций выделяют 9 групп требований:
  1. Требования по идентификации и аутентификации клиентов
  2. Требования по идентификации и аутентификации клиента и удаленного банка
  3. Требования по аутентификации и регистрации операций
  4. Требования по защите транзакций
  5. Требования к криптографической подсистеме
  6. Требования по хранению ключей
  7. Требования по безопасности программного окружения
  8. Требования к журналам и аудиту
  9. Технологические требования. 
При этом, традиционно для ФСТЭК или ФСБ, но необычно для Банка России, выделяются три уровня безопасности – минимальный, стандартный и повышенный, для каждого из которых меняется состав каждой из групп требований.Собственно ничего сверхсложного или непонятного в рекомендациях нет - все предельно понятно и выполнимо. Вопрос может вызвать криптография в мобильных ДБО, но требования по применению сертифицированных СКЗИ возникают только для повышенного уровня. В остальном все вполне на уровне.

 
По заявлениям Щербакова данный документ был направлен в 8-й центр ФСБ и получил положительную оценку. Правда, повторюсь, статус этого документа - рекомендации. Судьба тоже пока неочевидна - оно и понятно - они только анонсированы. Если их примут в ГУБиЗИ и ДРР и вставят либо в состав СТО, либо в обновляемое 382-П, либо в готовящийся документ по защите переводов с помощью электронных средств платежа, то будет неплохо. Хотя определенная конкуренция между департаментами внутри ЦБ всегда существовала и существует и это может помешать принять этот документ на вооружение. Посмотрим...


5.2.13

Промышленная безопасность != информационная безопасность?

Есть такой Федеральный Закон "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" (116-ФЗ). Очень нужный закон, который устанавливает "правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и направлен на предупреждение аварий на опасных производственных объектах и обеспечение готовности эксплуатирующих опасные производственные объекты юридических лиц и индивидуальных предпринимателей к локализации и ликвидации последствий указанных аварий". При этом "промышленная безопасность опасных производственных объектов - это состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий". Правда, далее по тексту термин "авария" применяется в связке с "инцидентом", под которым понимается "отказ или повреждение технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, отклонение от режима технологического процесса, нарушение положений настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности" (выделение мое).

А теперь вспомним пресловутый Stuxnet, работа которого заключалась в изменении работы центрифуг, отвечающих за обогащение урана. Иными словами, Stuxnet как раз и привел к отклонению от режима технологического процесса. А значит, если вдруг Stuxnet проявит себя у нас в России (а он сидит много где на отечественных критически важных объектах), то мы будем иметь дело с инцидентом, подпадающим под действие 116-ФЗ о промышленной безопасности. Но это в теории. На практике так уж сложилось, что промышленная безопасность и информационная безопасность никак не связаны; как не связаны информационная безопасность и безопасность объектов ТЭК из 256-ФЗ; как не связаны информационная безопасность и транспортная безопасность; как не связаны информационная безопасность и безопасность гидротехнических сооружений.

Вроде как причиной инцидентов на всех этих объектах может стать вредоносная программа или иная направленная или случайнай атака (до сих пор ходят слухи о том, что веерное отключение электроэнергии в США несколько лет назад было связано с червем Slammer, а причиной "слепоты" центров управления авиаполетами во время событий 11-го сентября послужила направленная атака), но под действие указанных законов все эти события не попадают.

А куда ж они попадают? А вот фиг знает ;-) Теоретически ими будут заниматься сотрудники ФСБ. Опять же в теории, т.к. нигде сие не прописано и не регламентировано. По промышленной безопасности существует огромное количество различных документов, регламентов, инструкций, выпущенных Ростехнадзором или Росатомнадзором. По безопасности объектов ТЭК также есть документы Минэнерго. А вот по информационной безопасности на этих объектах кроме рекомендательного четверокнижия ФСТЭК по КСИИ 2006-го года и прошлогодних неконкретных "основных направлений..." от СовБеза у нас нет ничего. Абсолютно ничего. Хотя нет, есть Указ Президента №31с.

Может все-таки пора объединять? Примерно вот так:


Очень высокоуровневая картинка, но объединяющая воедино различные аспекты безопасности критически важных объектов (опасных производств). Тут вам и физическая и технологическая (включая информационную) безопасность; и ликвидация последствия и ранее прогнозирование атак; и государственно-частное партнерство; и надзорные органы и собственники; и риски, ведущие к ущербу...

Или будем ждать когда бахнет?.. И тогда бюджеты можно будет попросить увеличенные.

Финализирована программа 5-го дня Уральского форума

Пару недель я писал, что я модерирую 5-й, последний день Уральского форума по банковской ИБ. Тогда я дума, что программа финализирована, но ситуация поменялась в лучшую сторону ;-) Впервые в истории Уральского форума презентационные доклады сменяются на практические, «живые» демонстрации того, с чем службам информационной безопасности приходится сталкиваться ежедневно в своей работе, а также того, о чем службам ИБ приходилось только слышать. Специалисты ведущих отечественных компаний, специализирующихся в практической безопасности, продемонстрируют типовые уязвимости систем дистанционного банковского обслуживания (Digital Security) и как происходит их использование в результате атаки (Positive Technologies), покажут как проводится анализ одного из самых популярных банковских троянцев (Лаборатория Касперского) и как злоумышленники управляют банковским ботнетом (Group-IB).

Однако помимо знания методов злоумышленников перед банковскими службами ИБ стоят и другие не менее важные задачи, например, контроль привилегированных пользователей (Информзащита) или ранее обнаружение угроз репутации банка, признаков подготовки к началу информационных войн против банка и т.п. (Диалог-Наука). Решение данных задач будет также продемонстрировано в рамках проводимых мастер-классов.

Но обеспечение безопасности своих банков – это не все, что занимает мысли и думы сотрудников служб ИБ. Как сохранить хорошую физическую форму при столь непростой работе? Как усилить свое влияние внутри и снаружи организации, получать больше зарплату, а также стать известным среди специалистов? А может все бросить и перестать работать «на дядю», начав собственный бизнес по информационной безопасности? И на эти вопросы будут также даны ответы от тех, кто уже прошел этот путь и нашел ответы на них - Алексея Голдбергса (КриптоПро), меня и Рустема Хайретдинова (Appercut Security).

Ну а для тех, кто прогуляет какие-нибудь важные доклады или проспит их или прокатается на лыжах, я буду закрывать форум с презентацией "5 дней Уральского форума за 15 минут или все, что Вы пропустили в одной короткой презентации" ;-)

ЗЫ. Организаторы обещают полезный и интересный сюрприз для тех, кто останется до завершения. А после уже на лыжи - автобусы будут курсировать регулярно ;-)


4.2.13

Два вебинара Cisco - по угрозам ИБ и по ввозу и использованию шифровальных средств

В ноябре 2011 года компания Cisco с успехом провела онлайн-семинар по вопросам импорта шифровальных средств, материалы с которого сразу стали популярны в среде специалистов по информационной безопасности, т.к. разъясняли непростые вопросы ввоза и применения шифровальных средств иностранного производства.

За прошедшие почти полтора года ситуация с законодательством немного изменилась – какие-то процедуры ввоза шифровальных средств упростились, какие-то получили новое толкование, какие-то полностью поменялись. Аналогичные изменения коснулись и вопросов применения шифровальных средств у потребителей. Для того, чтобы донести до российских специалистов последние изменения по данной теме, ответить на возникающие вопросы, поделиться лучшими практиками и советами, Cisco решила вновь провести онлайн-семинар "Шифровальные средства: ввоз и использование". Семинар бесплатный.

Он состоится 18-го февраля в 11 часов утра по московскому времени с помощью системы Webex. Для участия достаточно иметь подключение к Интернет и Интернет-браузер. Проверка возможности участия в семинаре проходит при регистрации или перед подключением к нему. Если вы хотите не только просматривать презентацию, но и задавать вопросы, то вы можете сделать это, позвонив по телефону (номера будут указаны при регистрации), или с помощью интегрированного голосового потока VoIP через браузер - достаточно иметь обычную телефонную гарнитуру или микрофон компьютера.

Регистрация на семинар на сайте Cisco. Если у вас есть какие-либо вопросы по данной теме, на которые вы бы хотели обязательно получить ответы в рамках проводимого семинара, то вы можете задать их, отправив на адрес: rus-sec-import@cisco.com или ssnezhko@cisco.com

А 7-го февраля мы проводим другой вебинар, посвященный опубликованному нами на днях ежегодному отчету Cisco по информационной безопасности. Согласно результатам Ежегодного отчета Cisco по информационной безопасности (Cisco 2013 Annual Security Report, ASR) и глобального исследования Cisco Connected World Technology Report (CCWTR), информационная безопасность компаний становится уязвимой из-за того, что сотрудники стремятся к повсеместному использованию мобильных устройств, а граница между работой и личной жизнью все более размывается.

Исследование Cisco в области информационной безопасности развеяло популярный миф, согласно которому угрозы возникают главным образом тогда, когда пользователь занимается в сети не вполне приличными делами. Сегодня сетевые злоумышленники фокусируют внимание не столько на порнографических, фармацевтических и игровых сайтах, сколько на обычных сетевых ресурсах с массовой аудиторией, таких как популярные поисковые механизмы, розничные магазины и социальные сети. Более того, отчет Cisco показал, что вредоносный контент можно "подцепить" на сайтах интернет-магазинов в 21 раз чаще, а в поисковых механизмах - в 27 раз чаще, чем на сайтах, специально созданных хакерами. Так, вероятность загрузки вредоносного контента при просмотре онлайн-рекламы в 182 раза выше, чем на порнографических сайтах.

Регистрация на семинар на сайте Cisco.

Список мероприятий по ИБ на 2013 год

Решил обновить свой перечень мероприятий по ИБ на 2013 год. Получилось много. Особенно в марте - 10 мероприятий из них 9 в Москве. Обратите внимание на 13-е, 14-е и 21-е марта - по два, а то и три пересечения. Удачи организаторам пересекающихся событий ;-)

В список попали те, что были в прошлогоднем списке, а также были добавлены новые мероприятия. Причем не все из них, по моему личному мнению, стоят того, чтобы их посещали. Часть мероприятий - это полный отстой, как в части контента, так и в части организации. Но я их все-таки решил включить, чтобы каждый сам делал свой выбор

Небольшие региональные события, вузовские конференции, а также различные ИТ-события не включал. Они либо очень ограничены по аудитории, либо не имеют практической направленности, либо в их рамках всего 1-2 выступления по ИБ.


Если вдруг я что-то упустил из крупных мероприятий, то присылайте - подумаю над включением.

1.2.13

Горизонт планирования кибервойн - 30 лет

Завершу эту неделю заметкой опять про кибервойны и деятельность России в этом направлении. Собственно вчера я уже написал про два заявления Рогозина по поводу активностей в области информационного противоборства и кибербезопасности. Сегодня стоит вспомнить про "русское DARPA", т.е. Фонд перспективных исследований, который был создан в конце прошлого года Указом Президента Путина.

Согласно справке Государственно-правового управления Фонд будет преследовать пять основных целей:
  1. содействие научным исследованиям и разработкам для достижения новых результатов в военно-технической, технологической и социально-экономической сферах;
  2. формирование научных представлений о возможных угрозах, критически значимых для обороны страны, причинах их возникновения и путях устранения;
  3. определение основных направлений научных исследований и разработок в целях развития производства высокотехнологичной продукции военного, специального и двойного назначения;
  4. организация заказа на разработку, апробацию и сопровождение инновационных научно-технических идей и конструкторских решений в области разработки и производства высокотехнологичной продукции военного, специального и двойного назначения;
  5. доведение идей и решений до уровня проектов и их финансирование.
Судя по вчерашнему высказыванию Рогозина Россия пытается избежать ошибок прошлого и учитывать не только угрозы нынешние, но и угрозы будущего, для которых также разрабатывать соответствующий ответ. "Мы во избежание каких бы то ни было ошибок, которые закладываются в программу вооружения, которые были допущены в прошлые годы и которые приводят к разночтениям в тексте собственно программы вооружения и гособоронзаказа конкретного текущего года (так называемые ножницы, которые потом приходится уточнять в течение года)… Чтобы этого не произошло, мы переходим на плановую научную экспертную основу подготовки правил, по которым теперь будут писаться эти программы вооружения. Эти правила обязывают участников работы по разработке программы вооружения руководствоваться тщательнейшим прогнозом и анализом, во-первых, военных угроз на 30-летнюю перспективу, во-вторых, на 10-летнюю перспективу прогноза развития науки, техники, технологии."

О каикх ошибках говорит Рогозин? На мой непросвещенный взгляд все очевидно. Сегодня войны уже совсем не такие, как в 80-х годах и тем более не такие, как в 40-х годах прошлого века. Массированных ударов с применением артиллерии и авиации уже не будет (по крайней мере в отношении России, я так предполагаю). Удары становятся точечными и в первую очередь направленными на выведение из строя систем управления войсками противника, захват его информационно-телекоммуникационной инфраструктуры и т.п. Жизненный цикл этих видов кибероружия и киберугроз отличается от того же жизненного цикла истребителей 5-го поколения, которые начали разрабатывать еще в 70-х годах, а поступили на вооружение они в начале 2000-х. 30 лет прошло. В области киберугроз все меняется гораздо быстрее. Об этом надо помнить и учитывать при оборонном заказе. Но так как это все-таки что-то новое для отечественного ОПК, то необходимо выделять все эти новинки в отдельное направление (может же и не выстрелить). Для этого и создан Фонд перспективных исследований, который, по моему мнению, и будет определять проекты (планируется, что первоначально их будет до 150-ти по вышеупомянутым направлениям), которые получат соответствующее финансирование. А уж реализовывать их будет, как мне видится, упомянутая вчера Корпорация ОАО "Системы управления".

Возглавить ФПИ должен бывший сотрудник ФСТЭК - Андрей Иванович Григорьев (50 лет). Как его охарактеризовал Рогозин: "Талантливый учёный, работал в последнее время в Федеральной службе по техническому и экспортному контролю, долгие годы работал в Вооружённых силах, в Военно-промышленной комиссии проработал совсем недолго, около двух месяцев, отвечал за спецпрограммы". В Интернет упоминаний о нем мало. Из интересного, пожалуй, только два факта - академик РАН и руководитель НИЦ нанотехнологий при ФСТЭК. Последнее смущает ;-)

Но это все мое видение, которое может быть вовсе неверным. Но мне кажется, что определенная логика в моих рассуждениях есть. Хотя может все не так и о киберугрозах вообще никто в нашем ОПК не думает (а может и некому, как предполагают некоторые эксперты). По крайней мере пока все разговор идут о разработке новых видов вооружений, материалов. Если посмотреть список тем научно-исследовательских работ, опубликованный в прошлом октябре (в то же время как раз был подписан указ о создании Фонда перспективных исследований) на сайте МинОбороны, то по "нашему" направлению тем вего две:
  • Методы и средства защиты бумажных документов от подделки при минимизации стоимости листа
  • Методы и средства обхода антивирусных систем, средств сетевой защиты, средств защиты ОС.
Первая тема достаточно специфична, а вот вторая может трактоваться очень широко - начиная от разработки боевых вирусов и заканчивая полноценной стратегией информационного противоборства. Дополнительно, в блоке ИТ заявлен еще ряд близких тем (негусто, если честно):
  • Методы и средства борьбы с дезинформацией в интернете
  • Подтверждение подлинности и целостности сканированных документов без применения электронной подписи (не хотят сертифицированные ФСБ решения использовать?)
  • Новые механизмы и способы работы с оборудованием, не имеющим стандартных программных и аппаратных интерфейсов либо имеющих неизвестные интерфейсы (сразу вспоминается фильм "День независимости", когда доблестные американские вояки загружают вирус на компьютер инопланетян).
Можно ли прогнозировать на такой длительный срок, как 30 лет? В области ИТ и ИБ возможно и нет. Но лет на 10-20 вполне возможно. Например, в Cisco работает такой человек, как Дейв Эванс. У него необычная должность - футуролог, он же штатный предсказатель ;-) Он предсказывает будущее высоких технологий, будущее Интернет с очень высокой вероятностью. Где-то я услышал, что 85% его предсказаний сбываются. Значит горизонт планирования киберугроз составляет 15-20 лет. Тоже немало.

ЗЫ. Кстати, для тех, кто ищет тему для диплома или диссертации. Советую обратить внимание на кибервойны. На ближайшие годы - это станет одной из актуальнейших тем в нашей профессии. А специалистов по ней, как всегда, не будет хватать. Так что есть возможность выделиться ;-) Учитывая, чо МинОбороны назвало направления для интересующих их исследований.